Рассуждения о модели коммунистического общества

2005-2006 гг

Как обычно по весне, на почве всплеска активности, сопряженного с последствиями зимнего авитаминоза, на многих форумах самой разной направленности обостряются политические дебаты. Не миновала чаша сия и Линуксфорум - там тоже развернулось бурное обсуждение политических вопросов. Что и дало мне повод для сочинения этой заметки.

Тема которой - коммунистическая модель общества. Не буду оригинален, если замечу, что на эту тему высказывались диаметрально противоположные точки зрения. Нет недостатка и в попытках найти если не экватор, то какой-то меридиан, связующий идеологические полюса. Однако сделать это можно, только определив - а какую же модель построения общества предлагает коммунистическая идеология?

Все сказанное ниже представляет собой мои личные представления о такой модели. И в изложении я постарался максимально абстрагироваться от понятий, "что такое хорошо, и что такое плохо". Конечно, полностью это сделать не удалось. Но тем не менее, прошу воспринимать это не как одобрямс или осуждамс, а лишь как констатацию медицинского факта.

Итак, по моему глубокому убеждению, суть коммунистической идеологии - в построении светлого будущего для всего народа (в идеале - для всего прогрессивного человечества) в отдаленной перспективе. Это - цель, к которой нужно стремиться. Каковы же средства? А средство одно - создание действующей коммунистической модели (так сказать, работающего прототипа системы). То есть - построение всенародными (в идеале - всечеловеческими) усилиями светлого будущего прямо сейчас - для отдельно взятых личностей, именуемых вождями мирового (общенародного, общеобластного, общерайонного, и так далее) коммунистического движения.

Светлость построенного в настоящем будущего определяется масштабом вождизма - для общенародных вождей оно должно быть посветлее, для вождей районного масштаба - не такое светлое, ну а для партячейки цеха может быть и вообще с отдельными только проблесками.

В группе вождей на каждом уровне иерархии выделяется одна личность, которая в той или иной мере "вождее" других. Соответственно, построенное для нее в настоящем светлое будущее должно быть в соответствующей мере светлее, чем для прочих вождей.

Поэтому неправильно утверждать, что коммунистическая модель "под конкретных вождей подгонялась". Она под них не подгонялась и не перестраивалась, а строилась - по определению. Ведь каждый из наиболее вождистых вождей - разный, и представления о светлости у него свои: одному для этого кукурузу сажать нужно, другому - автомобили коллекционировать или там анекдоты про себя (лагерей на пару-тройку), и так далее.

А кого-то (и это - вождь par excellence) вообще такие мелочи не заботили, ему достаточно было чувства своего вождизма и возможности его реализовать. Впрочем, без чувства вождизма ни один вождь не обходился - иначе он не стал бы вождем. Просто некоторые, кроме того, имели и иные увлечения (все мы люди, все мы человеки, в том числе и большинство вождей).

То есть: если для достижения светлого будущего вождей в настоящем требовалось немножечко расстреливать - расстерливали, если сажать - немножечко сажали, если сажать не требовалось (всех, кого надо, уже посадили или расстреляли) - начинали немножечко выпускать. Если светлое будущее вождей требовало обобществления и огосударствления - проводились экспроприации и коллективизации. Если в результате таких мер для светлого будущего вождей начинало чего-то не хватать - вводились новые экономические политики.

И, к слову сказать, если построение светлого будущего коммунистических вождей требовало смены имени - они начинали называться вождями национальными или там боговдохновенными, а то и совсем просто - народными.

Единственная наблюдавшаяся экспериментально вариация в устройстве модели - это степень "вождистости" главного вождя относительно остальных. Иногда наиболее "вождистый" вождь сильно возвышался над остальными в своем "вождизме" - эти времена вошли в историю как периоды культа личности или волюнтаризма. А иногда "наивождистый" вождь был просто номинальным руководителем коллегии вождей - это называлось возвращением к коллективному руководству и социалистической демократией.

Да, была еще одна вариация в генеральной линии коммунистической модели. Вспомним слова Писарева: если человек живет хорошо, то он хочет продолжать хорошо жить, и поэтому является консерватором. В то же время он не прочь жить еще лучше - и потому он, безусловно, прогрессивен. Так вот, вождей, для которых важнее было сохранить status quo своего уровня достижения светлого будущего, именуют консервативными. А те, кто прилагал активные усилия в увеличении достигнутого уровня светлости, вошли в историю как вожди прогрессивные.

Таким образом, обязанность вождя, по должностной инструкции, была в демонстрации (можно сказать, тестировании) того самого отдаленного светлого будущего всего прогрессивного человечества. Прогрессивность человечества, народа, класса, сословия, профессиональной группы (и отдельного человека) измерялась мерой его готовности обеспечивать светлое будущее вождей в настоящем. Как в материальном отношении (хардверная составляющая процесса тестирования - ну, это понятно), так и в духовном (софтверная составляющая - в том числе агитация и пропаганда).

Сильно прогрессивные личности, которые, субъективно (очень хотелось) или объективно (просто хорошо работали, потому что не умели работать плохо), но значимо способствовали построению светлого будущего вождей, получали статус рядовых коммунистов, которых ни в коем случае не следует смешивать с коммунистами полнофункциональными - то есть вождями.

Те из рядовых коммунистов, кто имел задатки вождя (то есть желание принять участие в тестировании модели), имели ранг активных коммунистов (и образовывали коммунистический актив - своего рода альфа-версия коллегии вождей). Личности с наиболее выраженной склонностью к вождизму (то есть желание стать вождем большее, чем все окружающие), образовывали резерв для замещения вакантных должностей вождей - их называли выдвиженцами (бета-версия вождя).

Может показаться, что предложенная коммунистами модель не оригинальна: элементы "вождизма", в силу самой человеческой природы, наличествуют в любом обществе. Однако она обладала одной уникальной особенностью. В любом из ранее существовавших обществ для достижения статуса вождя требовались какие-либо внешние факторы - происхождение, образование, личные заслуги в прошлом и множество прочих. В обществе же коммунистического типа для этого необходимо было лишь одно: желание стать вождем - большее, чем у всех окружающих. И потому дорога во власть была открыта любому - стоит только а) захотеть стать вождем и б) суметь им быть. Что и определило массовую базу для коммунистической модели (в соответствие с вольно процитированным выше высказыванием Писарева).

При этом база потенциальных участников тестирования проявляла тенденцию к расширению. Ведь в обстановке вождизма формировался соответствующий стереотип: быть вождем почетно. Почетно в авангарде прогресса нести бремя тестирования светлого будущего, перебиваясь с красной икры на черную. А отдельные наблюдательные личности замечали, что это еще и выгодно: пусть даже икра будет черной, лишь бы хлеб был белым. Сочетание этих факторов привлекало в число тестировщиков не только "вождей по рождению", но и "вождей по воспитанию". То есть устойчивость системы, казалось бы, возрастала. Пока весь советский народ, как один человек, не начал выражать единодушное одобрение политике Партии и Правительства.

Однако массовая база потенциальных учатсников тестирования требовала соответствующей хардверной составляющей - ресурсов, которые можно было привлечь для обеспечения их комлектующими светлого будущего: ведь "пряников сладких всегда не хватает на всех". Особенно с учетом отмеченной выше прогрессивной тенденции - желания придать светлому будущему еще больше света.

Тут-то и обнаружились ограничения, изначально заложенные в коммунистическую модель. С одной стороны, для ее устойчивости требовалось все большее расширение базы, то есть круга потенциальных участников тестирования. С другой же, круг тех, кто обеспечивал хардверные компоненты модели, все более сокращался. Совмещение же тестирования с практической работой возможно только до некоторого предела: начиная с определенного уровня вождистской иерархии, оно приводит к потере эффективности и того, и другого. Что мы и имели удовльствие наблюдать где-то с семидесятых годов.

До какого-то времени тестирование удавалось обеспечить поставками комплектующих от сторонних производителей (за счет анаболических нефтедолларов. Когда же и они иссякли (на причинах сейчас останавливаться неуместно) - прототип системы окончательно утратил свою эффективность. Впрочем, тут мы переходим уже к практической истории, что выходит за рамки темы этой заметки.

Ну вот, незаметно целое политологическое эссе получилось. Заканчиваю. Словами маленького сына одной моей знакомой: "Мама, а почему у всех людей президенты, и только у нас и у дикарей вожди?"

Кто же победил во Второй Мировой?

2004 г

И этот марксистский подход к старине
Давно применяется в нашей стране.
Он нашей стране пригодился вполне,
И вашей стране он сгодится вполне...
Александр Галич

Это - заметка о том, почему я не люблю разговоры об отечественной истории. Сразу предупреждаю - я не пытаюсь никого ни в чем убедить, и не собираюсь чего-либо кому-нибудь доказывать. В дискуссию тоже вступать не намерен, ибо все сказанное ниже представляется мне очевидным, исходя из элементарной логики. И, надеюсь, станет очевидным для большинства, когда отгорят костры эмоций, и историю Советского Союза можно будет рассматривать "без гнева и пристрастия", как историю Рима эпохи Тацита. Впрочем, возможно ли беспристрастное рассмотрение истории вообще?

Для начала должен покаяться - историю я очень люблю. Всех стран, во всех ее проявлениях, с самой ранней юности. И за все годы любительского изучения беспристрастного взгляда на нее выработать мне не удалось. Я очень люблю некоторых, часто полузабытых, исторических персонажей, с которыми ощущаю просто что-то вроде мистической связи. И очень не люблю некоторых иных, подчас знаменитых и возведенных на пьедесталы национальных героев. Единственное, что вырабатывают годы изучения истории - это способность взгляда на события с разных сторон, и иммунитет против веры в прямые исторические свидетельства, каковые, за редким исключением, суть разновидность пропаганды. Истинные исторические свидетельства всегда косвенны, и истинность их оценивается только по последствиям. Впрочем, задолго до меня это прекрасно сформулировал Александр Дюма-отец - "не следует верить ни тому, что говорят министры, ни тому, что говорят их враги".

Именно история позволила мне выработать стойкий иммунитет против марксизма вкупе с ленинизмом и прочими ...измами. Лет в 15 довелось почитать мне "Происхождение семьи, частной собственности и государства" товарища Энгельса, Фридриха. Да вот только посчастливилось: к тому времени я успел прочитать "Германию" Тацита, "Историю" Геродота, "Лигу ирокезов" Моргана. Короче, все, что дядя Фридрих называл среди своих первоисточников. И из прочтения оных однозначно следовало, что а) своих источников он не знал, б) не понял, и в) а что знал и понял - так переврал.

И с тех пор, на протяжении последующих 20 лет советской власти, я умудрился не прочитать ни одного произведения классиков, не законспектировать ни одной ленинской работы, все экзамены по общественным дисциплинам я сдавал, пересказывая соответствующую случаю статью из "Краткого философского словаря", прочитанную по дороге в университет, из всего курса был единственным, получившим трояк на госэкзамене по научному коммунизму, кандминимум по философии (тогда - макрсистко-ленинской) сдавал, будучи в дрезину пьяным - трезвым я бы и двух слов на эту тему не связал.

Это я все к тому, что мое восприятие истории осталось практически не затронутым марксизмом - а этим мало кто может похвастаться не только в моем поколении, но и в более младших. Полузнание марксизма - а марксизм по определению ориентирован именно на полузнание, ибо глубокое его изучение ведет либо в "Кащенку", либо в антимарксизм, - пустило в нашей стране исключительно глубокие корни. И проступают над поверхностью сознания, образования, просто жизненного опыта эти корни особенно рельефно, когда речь заходит об отечественной истории.

Конечно, любому увлеченному своей работой историку свойственно принимать близко к сердцу радости и беды изучаемых им народов - пусть давно исчезнувших с лица земли. До сих пор не утихают споры, кто же победил в битве при Кадеше, случившейся в XIII веке до Р.Х. между древними египтянами и хеттами. Хеттологи доказывают, что их любимые хетты сумели остановить египетскую агрессию и спасти народы Леванта и Малой Азии от порабощения тогдашней "Империей зла" (отголоски этой традиции можно найти даже в романах Говарда о Конане-варваре). Египтологи с неменьшим пылом утверждают, что зато Рамзес II был начеку и, как всегда, несравненен в рукопашной схватке, разгромив, не смотря на хроническое раздолбайство своих полков, супостата, и пронеся флаг цивилизации по вышепоименованным просторам.

И эти страсти, до которых флейму emacs vs vi или kde vs gnome по накалу - что до Пекина раком, кипят в отношении народов, прямая этническая традиция которых оборвалась полтора (для египтян) или два с половиной (для хеттов) тысячелетия назад. Что же говорить, если речь заходит о деяниях прямых наших предках? Или, паче того, о делах отцов наших и дедов, которых мы помним вживе или по рассказам? Возможна ли здесь хоть какая-то объективность, выходящая за рамки "а наши люди - фигли говорить"?

До недавнего времени мне казалось - нет, не возможна. И не думайте, что это какая-то прерогатива нашего, русского, украинского, белорусского или там целиком советского (пусть и бывшего) народа. То же самое характерно и для тех, кого принято называть цивилизованными европейцами. Только представлением о величии творческого гения английского народа можно объяснить литературоведческий феномен Вильяма нашего, Шекспира. Когда достоверно неграмотному человеку приписывается авторство произведений, содержащих массу классических реминесценций, свидетельствующих, как минимум, о вышесреднем уровне образования...

И особенно трудно говорить объективно о войне, случившейся на памяти предыдущего поколения, о войне, унесшей немерянное количество жизней, человеческие потери в которой не подсчитаны по сию пору. Но с которой не вернулся каждый второй из поколения наших отцов и дедов. А вернувшихся - сколько их было, искалеченных физически и морально, разучившихся делать что-либо, кроме как убивать и быть готовыми к смерти в любой момент...

Однако ныне я изменил свою точку зрения. И пришел к выводу, что хотя бы попытка объективного рассмотрения отечественной истории (любого Отечества, не обязательно нашего) - возможна. А убедил меня в этом ни кто иной, как изменник Родине, клеветник, отщепенец и агент всех имериалистических разведок, Владимир Резун, в миру более известный как Виктор Суворов, в прошлом - простой советский шпион.

Для начала определимся. Все, написанное Суворовым - это не исторические иссследования. Это не более, чем публицистика. И потому никаких исторических открытий он не совершает по определению. А просто, как и все публицисты, пересказывает общеизвестные факты, на которые подчас обращалось мало внимания. Как и всякий публицист, он местами откровенно передергивает в угоду концепции, местами заблуждается в полемическом запале, в обоснование одного своего тезиса может утверждать нечто прямо противоположное высказанному ранее. Однако это все - вопросы интерпретации, сами по себе факты от этого менее общеизвестными не становятся, и не нуждаются ни в каких обоснованиях материалами закрытых архивов...

Действительно, а что нового нам рассказывает Суворов? Для людей моего и предыдущего поколений - ну абсолютно ничего. Слышали мы от отцов и дедов истории о сапогах и топографических картах, об аэродромах в считанных метрах от границы, о горно-стрелковых соединениях в степях Приднестровья. О миллионах парашютистов, о поголовных ворошиловских стрелках и буденновских конниках - тем более, что и отцы, и деды наши были в их числе. "Знак ГТО на груди у него - больше не знают о нем ничего", даже у моей мамы были значки "Ворошиловский стрелок" и "Буденновский конник".

На военных кафедрах нам в курсе истории военного искусства рассказывали, что вся оборона летом 41-го сводилась к попыткам наступления - ибо ничему иному наши уставы не учили. А в школе открытым текстом говорили - собирались мы идти освобождать немецких братьев по классу от фашисткой чумы, да вот только не успели. По крайней мере, именно такой ответ я получил в 8-м классе от учителя истории - на свой вполне тогда искренний вопрос: как же так было нам не помочь немцам в борьбе против ихних фашистов?

То есть подготовка к войне, причем войне наступательной, у нас, вопреки интерпретации Суворова, но в полном соответствии с приводимыми им (и, повторяю, общеизвестными) фактами, никогда не скрывалась. Другое дело, что война эта должна была быть справедливой и освободительной, ведущей к окончательной победе социализма в мировом масштабе, к миру и счастью всех народов. Но кто же из начинающих войну будет утверждать, что готовит ее ради утверждения всеобщей несправедливости? Это только эпические злодеи утверждают - "Я иду, чтоб детей обратить в сирот, я иду, чтоб в раба обратить народ". Злодеи реальные всегда найдут высшую справедливость в своих действиях.

Да скрыть подготовку к войне было и невозможно. Собственно, сам факт существования массовой армии, основанной на всеобщей воинской повинности, - однозначный показатель подготовки к крупномасштабной агрессии. За примерами чего можно спуститься во времени не только к войнам т.н. революционной Франции и ее доблестных генералов Моро, Клебера, Буонопарте (только не говорите мне, что они защищали лозунги Свободы, Равенства, Братства не только на Рейне или Эбро, но и на Ниле или в Аккре), но и к Столетней войне с ее йоркширскими лучниками и валлийскими копейщиками.

Массовая армия создавалась для обороны от немецкой агрессии - скажите вы мне? Позволю не согласиться. Вся история учит, что оборонительная война не требует массовых армий. По двум причинам.

Первая известна нам из тех же занятий на военных кафедрах: наступающая сторона должна иметь трехкратное превосходство в живой силе и технике. А опыт первого применения массовых армий (те же войны революционной Франции вкупе с походами гражданина императора Буонопарте) свидетельствует, что превосходство это должно быть еще больше. Знаменитое "отступление Наполеона из России" - тому подтверждением. Так что массовая армия - это и есть способ создания превосходства в силах, необходимого для агрессии. Вспомним, что России для отражения бонапартова нашествия массовая армия и всеобщая воинская повинность не понадобились - достаточно было рекрутского набора.

Вторая причина еще более весома. Армия, готовящаяся к обороне, вынуждена снабжаться исключительно за счет внутренних ресурсов. Каковые а) небезграничны вообще, и б) тем более ограничены, чем более массовой (и, соответственно, отрывающей людей от созидательной деятельности) является армия.

Напротив, массовая армия, осуществляющая агрессию, в значительной мере снабжается за счет противника - в том числе и за счет банального грабежа. "Война кормит войну" - этого принципа, сформулированного Альбрехтом Валленштейном в XVII веке, осознанно или неосознанно, придерживались все завоеватели. И бензиновые двигатели советских танков предвоенного периода - тому подтверждением: ну не было у отсталых немцев должного количества соляры для бесперебойного снабжения наших дизелей.

Я не буду вдаваться в дискуссию, кто был бОльшим агрессором, партайгеноссе Гитлер или товарищ Сталин. Однако в свете всего, что известно, агрессивность последнего вызывает не больше сомнений, чем первого. Впрочем, в этом деле товарищ Сталин был просто продолжателем дела великого Ленина. Каковой без новой мировой войны и, как следствие, мировой революции жизни для Советской России не мыслил.

"Я хату покинул, ушел воевать, чтоб землю в Гренаде крестьянам отдать" - эти слова ведь говорят не о событиях Испанской революции. А - о гренадском восстании, случившемся то ли в 20-м, то ли в 21-м году (на память не уверен, уточняющих материалов под рукой нет, но не позже). Возникает вопрос: Советская Россия то ли в кольце врагов, то ли только что его разорвала (хотя гражданская война еще идет на Дальнем Востоке, а в Средней Азии она по настоящему только начинается). Спрашивается - нешто у украинского паренька нет других забот, кроме как беспокоиться об земле жителей Гренадской волости? Уже не говоря о том, как "на запад, к горящей отчизне, мадьяр повезли поезда". Из которых много кто потом почему-то "в Гамбурге был под огнем", да и на баррикадах в прочих городах и весях Германщины отметился.

Так что все, что делал товарищ Сталин в 30-е - начале 40-х, - и аннексия Прибалтийских стран, и присоединение осколков бывших Речи Посполитой и Австро-Венгерской тюрьмы народов, и "Незнаменитая война" в Финляндии, и подкармливание китайских товарищей Чана и Мао с дедушкой Пэн Дэ Хуэем заодно, и свержение Реза-шаха в Иране - не более чем реализация замыслов джигита Ленина, проваленных в 20-х вследствие бездарности исполнителей...

Однако я собирался обсуждать вопрос не о том, кто начал Вторую Мировую войну, а о том, кто же победил в ней. И - можно ли называть Праздник Победы праздником вообще. И тем более - победы.

Было ли это победой с точки зрения товарища Сталина? Судя по тому, что впервые 9 мая стало праздноваться более чем через 10 лет после смерти Отца народов, сам он это победой не считал. Действительно, под его контроль попадает лишь треть Германии, меньше половины Балкан (как бы ни называть ориентацию товарища Броз Тито), положение в Китае остается неясным (а потом и совсем выйдет из под контроля), бывший капитан Советской Армии, вошедший в историю под именем Ким Ир Сена, скоро для удовлетворения собственных амбиций развяжет трехлетнюю войну, кровопролитность которой можно сравнить только с ее безрезультатностью. То есть до реализации замыслов товарища Ленина оказывается не намного ближе, чем после бегства Тухачевского из под Варшавы.

Было ли 9-е мая днем победы для соратников и преемников товарища Сталина - тех самых, кто покрасил этот день красным цветом в календаре? Для них это было сокрушительным поражением... Ибо опыт войны внушил им страх. Вне зависимости от мотивов Гитлера и его аппарата - было ли это следствием дремучей глупости и неспособности к реальной оценке сил, как это считает Суворов, или шагом отчаяния в преддверии неизбежной сталинской агрессии... Так вот, вне зависимости от этого, 22 июня показало, что нападение на Советский Союз возможно. И пусть шансы на победу у противника близки к нулю, и даже сколько-нибудь поколебать режим вряд ли получится - но вот стоить власти и, скорее всего, жизни очередному советскому вождю такое нападение очень даже может.

А власть свою и жизнь наши вожди послесталинской эпохи оценивали ничуть не ниже, нежели победу коммунизма в мировом масштабе. И потому параллельно с наращиванием наступательного потенциала (а в этом отношении в Советской Армии ничего не изменилось со сталинских времен), вынуждены были уделить внимание и обороне - и это слово уже не было эвфемизмом, как при Сталине. То есть производить наряду со штурмовиками стратегические бомбардировщики, наряду с удлиненными зарядами - противотанковые мины, наряду с минными тралами - миноукладчики. А такого не в состоянии выдержать экономика ни одной страны, в том числе и нашей. Вот она и не выдержала - просто агония, за счет нефтяного кризиса 70-х и анаболических нефтедолларов в Советской казне, несколько затянулась.

Так что и страну нашу - если в этом качестве рассматривать Советский Союз - нельзя считать победительницей. Создание НАТО привело к смещению фронтов холодной войны от джунглей Вьетнама через Гиндукуш до пустынь Южной Африки. И везде присутствовали более или менее ограниченные контингенты Советских войск. Которые нужно было кормить, снабжать техникой и прочими орудиями производства. А заодно - подкидывать всего этого и идеологически близким правителям стран, в которых они обретались, от пламенного Фиделя до скромного людоеда Иди Амина... Лишь бы путь своего развития называли они некапиталистическим. И где ж в стране было набрать столько всего - это при хлебных-то очередях под зажигательную песню "Куба, отдай наш хлеб, Куба, возьми свой сахар". Так что развал экономики был неизбежен и без оборонки - просто вследствие поддержки классово близких в далеких странах. Потому что в странах близких все стали классово страшно далеки - что-то не помню я в 60-е годы речей о революционном пролетариате той же Германии... Возникал только один вопрос - когда же это кончится? Вот в 91-м все и кончилось.

И, наконец, наш Советский народ - уж он-то точно народ-победитель? А давайте спросим об этом у тех, кто погиб в слепых контратаках лета 41-го, кто полег под пулеметами заградотрядов в 42-м, кто, пройдя окружение, плен, немецкие лагеря, отряды Споротивления и, выжив, был добит в лагерях родной земли (помните у Шаламова - "Последний бой майора Петрова"?). Умерших от истощения на оборонных заводах. Умерших от голода в блокадном Ленинграде. Расстрелянных за невыполнение плана добычи золота "в бессонные годы, когда золота требовала война, и служебное порицание, если требовалось, было одним - высшая мера" (к слову - за невыполнение плана по добыче золота в Дальстрое расстреливали еще в 56-м, при добрейшем Никите нашем Сергеевиче, Хрущеве, том самом, что "с сердечной теплотою врагов народа начал выпускать"). Числят ли они себя в победителях?

О просто боевых потерях, исчисляемых... - а знаем ли мы и сейчас, чем исчисляемых? - говорить не будем. На войне - как на войне, там всегда убивают. Да и не ответят они нам ничего. А могут ответить - те, кто вернулись с войны. Израненными, уставшими душой и телом. Но ведь не любят они отвечать на этот вопрос - те солдаты и Ваньки-взводные, сидевшие в окопах Сталинграда, закрывавшие кавказские перевалы, форсировавшие Днепр, штурмовавшие форты Кенингсберга. И это - показатель.

Зато очень любят говорить о победе замполиты всех мастей и рангов, начиная с гениального полководца полковника Брежнева и кончая профессиональными ветеранами для торжественных митингов. Но тем - по должностной инструкции положено. Да и им, как мы уже выяснили, 9 мая счастья не принесло в конечном счете...

Возникает резонный вопрос - если не мы победили в той войне, тогда кто же? Существует не лишенное оснований мнение, что на войне победителей не бывает. По крайней мере, среди ее участников. А как было на этот раз? Кто отсиживался за океаном, аккумулируя научно-технический потенциал воюющих стран? Что за страна с многомиллионным населением, чьи боевые потери не идут в сравнение (даже не в процентом отношении, а в абсолютных цифрах) с потерями хотя бы Англии или Франции? Страна, на которую не упала ни одна бомба? Страна, получившая, под флагом сначала немецкой, а потом коммунистической, угрозы, такое оружие, о котором при иных обстоятельствах ей не пришлось бы и мечтать?

И не очевиден ли ответ на эти вопросы?

Так чего же мы празднуем 9 мая? День зарождения pax Americana? Именно в этом нас пытаются в очередной раз убедить наши вожди? Вероятно, чтобы забыли мы наконец, и уже окончательно, о тех ребятах, что утверждали завоевания социализма в Африке, о десяти годах афганской кампании, о восемнадцатилетних солдатах-срочниках, брошенных в бойню Первой чеченской войны. Той самой, что наш доблестный тогдашний министр обещал завершить одним батальоном спецназа...

Или в этот день нам в очередной раз хотят напомнить о неизбежности новой войны за величие державы? Той самой, за которую нам всем должно быть обидно. И которой до нас, собственно говоря, нет дела - пока мы ей не потребуемся в качестве пушечного мяса или автоматов по производству танковых двигателей. Тут-то и вспомнит держава об обиде за нее, о вере, царе и отечестве, о бессметрных лозунгах коммунизма для всех или, напротив, только для избранного народа, высшей расы, высшего класса - да мало ли есть критериев, по которым можно отсортировать "своих" от "чужих".

Я не призываю к абстрактному пацифизму - войны всегда были, есть и конца им в ближайшее время не предвидится. Просто окончание любой войны - это не повод для праздника, как не называем мы праздником кончину близкого человека, пусть даже после тяжелой болезни, при которой смерть - избавление от страданий. И вдвойне не повод - окончание ТОЙ войны, оказавшейся последней для миллионов и миллионов участников, войны, вызванной к жизни амбициями людей, стремившихся к мировому господству.

Адьютант его превосходительства

Не так давно скачал и с удовольствием пересмотрел один из любимых фильмов моей юности - тот самый, название которого вынесено в заголовок этой блогометки. И практически одновременно подряд купил и прочитал целых четыре книги, первая из которых носит то же имя и сюжетно более-менее совпадает с фильмом, а три остальные повествуют о дальнейшей судьбе героя - Павла Андреича Кольцова, запомнившегося нам в исполнении Юрия Соломина. Кажется, с этого фильма и началась его слава киноактера.

ХКниги написаны Болгариным и Северским - сценаристами того давнего (почти сорокалетнего) фильма. В аннотации к первой книге даже сказано, что это тот самый роман, по которому был снят фильм. Но это не так - роман, как и его продолжения, написан очень задним числом и от фильма существенно отличается.

Однако фильм действительно имел литературную предысторию. Его сценарий печатался в середине 60-х годов (то есть до начала съемок) в журнале "Вокруг света". И с ныне изданным романом не имел почти ничего общего, да и от снятого потом фильма существенно отличался. В нем не было истории с крушением транспорта с танками и еще массы абсолютно неправдоподобных деталей.

А самое главное - в нем не было капитана Кольцова - в этом амплуа в сценарии выступал капитан Марков. В котором легко узнавался его исторический прототип - Павел Васильевич Макаров. О чем, вопреки ходившим позднее слухам, было сказано открытым текстом во вступлении к публикации.

Именно Павел Васильевич Макаров и был тем самым вошедшим в легенду адьютантом его превосходительства генерал-лейтенанта Май-Маевского, Владимир Зиновьевича (или Зеноновича - в источниках можно найти оба варианта написания его отчества).

Правда, и капитаном Макаров не был. А был он прапорщиком военного времени, при весьма скромном происхождении отправившимся на фронт Первой Германской чуть не с первых ее дней. Вполне возможно - что по принципу "Или грудь в крестах, или голова в кустах".

"Груди в крестах" не сложилось - к концу войны Макаров оставался все в том же чине, в котором ее начал. Что, возможно, и повлекло его к большевикам - если следовать лучшей версии событий. Возможно, тут не обошлось и без влияния брата Владимира, каковой, судя по всему, большевиком был действительно и давно.

В данной версии Макаров направляется на формирование отрядов Красной Гвардии. Однако, прежде чем он успел приступить к этой миссии, оказывается он на пути отряда полковника Дроздовского, совершавшего свой знаменитый поход от Ясс на Дон. Тот самый, о котором пелась не менее знаменитая в последствии песня - на ее мелодию были написаны слова "По долинам и по взгорьям"...

Дроздовский комиссаров всякого рода вешал без разговоров (хотя, например, Котовского счел заурядным бандюком и сразу не повесил). И Макаров вспоминает о своем почти офицерском звании - правда, чуть преувеличивая оное, представляясь капитаном. В отряде Дроздовского находятся знавшие его лично офицеры - соратники по Румынскому фронту. Ну а проверить чинопроизводство в тех условиях было практически не возможно. Так Макаров оказывается в дроздовском отряде (в дальнейшем дивизии).

Далее - ранение Дроздовского (оказавшееся смертельным), начальником отряда назначается Май-Маевский. Что замкнутым и сплоченным дроздовцам очень не понравилось - и их вполне можно понять. Начались конфликтные ситуации. В которых Макаров, сам не будучи исконным дроздовцем, неизменно оказывался на стороне начальника - в некоторых источниках, до которых мне удалось докопаться, употребляется термин "стукачество", причем источник этот Макарову отнюдь не враждебен (в откровенно враждебных его называют гораздо хуже).

В результате, когда Май-Маевский назначается командующим Добровольческой Армии, он забирает с собой Макарова на должность личного адьютанта, никаким сыном уездного предводителя команчей (то есть, пардон, дворянства) тому прикидываться не было необходимости. Да и не мог бы он им прикинуться по общеобразовательному уровню.

Тут надо сказать несколько слов о личности генерала Май-Маевского, выведенного в фильме под именем Ковалевского. Кстати, судя по сохранившимся фотографиям, актер Стрижельчик действительно внешне похож на свой прототип...

Так вот - все свидетельства о Май-Маевском, даже от его откровенных недоброжелателей (типа генерала Врангеля), сходятся в одном: это был исключительно талантливый тактик и человек личного даже не мужества, а бесстрашия, доходившего до безрассудства. И это уже в генеральских-то чинах и не юных годах - с папиросой с зубах и винтовкой наперевес поднимал он свои части в атаку - "через кровь, через смерть, через боль". И было у него две традиционных черты русских офицеров - любовь к выпивке и прекрасному полу... Но кто возьмется его осуждать за это?

В результате лихой мужик Макаров - а что он, без сомнения, был лихим, подтверждает вся его последующая жизнь, - пришелся очень ко двору. Точнее, к штабу. Тут-то и начинается его разведывательная деятельность. Точнее, не столько разведывательная - за отсутствием связи никакой информации он никуда передавать не мог, - сколько подрывная. То есть - в первую очередь организация пьянок и блядок своего патрона. И получение от него с похмелья или по пьяни благоприятных приказов...

Я не возьмусь судить, происходила ли эта "революционная агитация и пропаганда" сама по себе или под воздействием брата-большевика, каковой тоже оказался при штабе армии в невысоком чине. Потому что следует учитывать сппецифику источников. Каковых, в сущности, два.

Первый - это собственные мемуары Макарова, опубликованные в 1927 году. Я их не читал - но видел своими глазами. В букинистическом магазине на улице Димитрова, прямо на против памятника. Где он соседствовал с пельменной, посещаемой нами на предмет противозаконного распития водки - дома этого уже много лет нет и в помине.

Так вот, поскольку все мы в те годы (начало 70-х), были, хоть и Бывшими, но Интеллигентными Человеками (бичами, сиречь), распитие мы всегда предваряли посещением букиниста. Где можно было по дешевке (не дороже поганого портвею) купить очень разные и интересные книги. И вот в один из такх заходов я увидел там книгу:

П.В.Макаров. Адьютант генерал Май-Маевского. 1927 год.

Только вот цена ее показалась мне на тот момент неприемлемой - аж 10 рублей. Не то, что у меня их не было - но это было только начало веселья, и покупку ее я решил отложить до ближайшей зарплаты: такие книги в том магазине могли лежать месяцами. Увы - эта оказалась исключением, в день получки ее уже не было.

Тем не менее, представление о ней можно было получить из того самого давешнего сценария - он достаточно близко следовал ей. Сценаристов даже обвиняли в плагиате - ИМХО, без достаточных оснований.

Ну а главное - что мемуары штука своеобразная: с одной стороны, автор их лучше всего знает, как оно было на самом деле, с другой - далеко не все, что он пишет, на самом деле было (и далеко не всегда это сознательное искажение истины). В данном случае нет и документальных способов проверки - это было отмечено еще тогда, в конце 20-х, когда все дожившие строчили мемуары также, как нынче блоги.

Второй же источник - это совершенно случайные блоки информации, которые выуживаются из воспоминаний участников тех событий, опубликованных примерно в те же годы, но уже в забугорье. Ценность их - в их косвенности: никого из авторов личность самого Макаров не интересовала, и фигурировал он там постольку-поскольку был участником событий, волновавших автора. Те самые косвенные свидетельства, на которых только, по словам Алана Хокарта, и может основываться истина...

Многое из этих свидетельств сейчас опубликовано у нас. Немало их существует и в электронном виде: поиск в Гугле по сцепке Павел Васильевич Макаров плюс Май-Маевский, например, дает на удивление богатый урожай.

И потому от изложения дальшнейшей фактографии я воздержусь. Каждый может восстановить ее указанным образом. И составить себе собственное представление о степени достоверности.

Воздержусь я и от оценки нашего героя - будь он большевистским шпионом, каким представлял себя сам, предателем, каким предстает в источниках второй группы, или просто плыл по течению случайно сложившихся обстоятельств (как кажется мне). Никто из нас не оказывался в такой ситуации - и потому не нам судить...

А дальнейшая судьба его сложилась так. Вопреки фильму и роману, никаких грандиозных диверсий он не устраивал. Был уволен вместе со своим шефом Май-Маевским (точнее, даже не уволен, а остался без должности). Арестован был уже при Врангеле - после провала большевисткого подполья, одним из руководителей которого был его брат. Брата растреляли, Павел Макаров смог бежать.

После этого возглавлял в Крыму партизанский отряд зеленого или красно-зеленого оттенка. В конце 20-х, как уже говорилось, написал мемуары, ставшие предметом партийных разборок. По некоторым сведениям, арестован в 1937 - но освобожден. Во время Второй Германской возглавлял партизанский отряд - в том же Крыму.

Умер в преклонных годах своей смертью - уже после выхода фильма, году в 70-м. По одним сведениям, фильм ему очень не понравился, по другим - он очень выского оценил Юрия Соломина в роли себя.

Вот такая история...

PS Да, а генерал Май-Маевский после увольнения с должности жил как частное лицо в Севастополе, почти без средств к существованию (вопреки легенде, лично он ничего не награбил), отказался от предложения Шкуро (называвшего его батькой) эмигрировать и обещания поделиться награбленным (тот-то себя не обидел). Умер от сердечного приступа (вероятно, абстинентный синдром) чуть ли не в момент Крымской эвакуации.

PPS Романтические моменты в этой истории тоже фигурируют - но они настолько противоречивы и недостоверны, что не будем поминать дам, которых уже давно нет в живых (а возможно, никогда не было вообще).

PPPS А три последующие книги, помянутые в начале блогометки, никакого отношения к исторической действительности не имеют вообще - quasi una fantasia, как говорил Великий Комбинатор.

Глобальный кризис: жертвы первые, жертвы последние

И опять навеяно обсуждением на POSIX.ru - теперь вопроса о человеческом разуме - http://forum.posix.ru/viewtopic.php?id=700. Каковая плавно перетекла в разговор на тему: а сможет ли выжить человеческий вид как носитель видоопределяющего признака - разума, - если будет разрушена современная цивилизация. Например, вследствие глобального энергетического кризиса.

Подробности о разных точках зрения можно посмотреть по указанному выше адресу, я же для начала ограничусь одной цитатой:

Я думаю, что как раз первыми от кризиса снабжения пострадают не менеджеры в галстуках, а те самые эскимосы, которых мы считаем офигенно устойчивыми к переменам.
hymnazix

В этой связи мне вспомнилась одна история, которая может рассматриваться как своего рода микромодель.

Дело было в пресловутом августе 1998 - так называемый кризис, обрушение рубля, скачки курса на полпорядка в течении суток. В этих условиях наша дирекция пошла на нетривиальное решение: всем грантодержателям поступившие на тот момент суммы были выданы наличными - в подотчет. С единственным условием - представить всю финансовую отчетность в течении трех дней (как оно, собственно и положено с точки зрения правил финансовой дисциплины).

Ну и народ спешным порядком побежал тратить деньги. Побежал и я - благо, точно знал, что мне надо и где это купить. Место это - одна компьютерная фирма, существующая и по сей день, - находилось недалеко от моей службы. Прихожу туда - никаких внешних признаков кризиса не наблюдается: мерседесов перед входом - сколько стояло, столько и стоит, персонала (т.н. менеджеров зала) - тоже не поубавилось. Ну, думаю, нормально (потому как многие фирмы в то время или в одночасье испарились, или просто заморозили всякую деятельность).

Убеждаюсь в наличие нужных мне железяк и в соответствие потребностей финансовым возможностям, оформляю покупку, плачу деньги...

Тут мне и говорят - а товар выдать не можем. - Почему? - Сбой платежной системы, деньги как бы получены, но как бы не прошли, так что товар со склада отпустить не можем. - Окей, говорю, вертайте деньги взад, пойду в другое место (благо компьютерных фирм в моей округе в додефолтные времена было что грязи. - Нет, говорят, деньги типа не пришли, но как бы получены (напоминаю, речь идет об обычной наличности).

Я начинаю тихо беситься и споминать порядко действий в таких случаях в начале 90-х... И спрашиваю: что же, блин, за система у вас такая поганая. Да нет, говорят, система хорошая. Просто как кризис начался - у нас всех программистов сразу уволили, вот ее и чинить некому.

Ну, кончилась та история благополучно (для меня), однако к сегодняшней теме это не относится.

А вот что относится - так это последовательность действий руководства фирмы. Они не начинают с продажи собственных мерседесов (и прочего инвентаря - наверняка и дачи не распродавали) для создания финансового резерва. Они не сокряащают средний менеджмент - ведь основная его функция это обеспечение менеджмента высшего. Они начинают с увольнения непосредственных производителей.

Не следует ожидать чего-то иного и при глобальном кризисе.

Истоки Русской революции

Грандиозный трейд на POSIX.ru, посвященный Сталину и Гитлеру, продолжает давать материал для блоговских заметок (назовем их блогометками).

В частности, недавно там был поставлен вопрос (цитирую пост hymnazix'а):

Допустим, что большевики во всем виноватые. Но почему их не было В Дании, Канаде, Австралии, Индии? Первая мировая. Вся Европа воюет, а революция - только у нас.

Попробую ответить на него - как это видится мне.

Сразу предупреждаю - я не собираюсь никому ничего доказывать и никого ни в чем убеждать. Я не буду подтверждать свои слова ссылками на Википедию или архивные публикации. Если я по ходу дела цитирую кого-либо - то не в обоснование своей точки зрения, а просто потому, что этот кто-то удачно выразил то, что я хотел бы сказать сам, так что зачем изобретать велосипед. Это, кстати, относится ко всем моим околоисторическим блогометками.

Сказанное ниже преждставляется мне очевидным. Но, повторяю, убеждать в своей правоте я никого не собираюсь.

Итак...
Русская революция, завершившаяся в конечном счете Октябрьским переворотом большевиков (потом это назовут ВОСРом) была прямым и непосредственным следствием Первой Мировой Войны. Не то, что бы не будь войны - не случилось бы революции. Но, во-первых, она могла бы носить иной характер и завершиться иначе. А, во-вторых, после Сараевских выстрелов всё дальнейшее было детерминировано с точностью уравнений небесной механики.

В результате Россия позволяет втянуть в себя в войну. Причем в составе коалиции, почти все остальные участники которой - из числа ее традиционных противников. От которых, в общем-то, никогда ничего хорошего ей ожидать не приходилось.

Все бы ничего, если бы в этой войне Россия следовала своей традиционной линии, сложившейся со времен как минимум Тридцатилетней войны: глухая оборона на северном театре военных действий, против Германии, и активные действия - на юго-западе, в направлении Балкан и, в конечно счете, Проливов. То есть там, где сфера геолполитических интересов России определилась со времен Аскольда и Дира и так называемого Фотиева крещения Руси. Да и собственно поддержка братцев-славян и была главной причиной для вступления России в войну.

И тогда все могло было бы быть... ну не хорошо, а не столь трагично: последующие события показали, что даже без концентрации всех сил на юго-западе наши лупили австрияков вполне успешно.

Однако... Во многом можно было обвинить русских царей - императоров России: тирании, самодурстве, неспособности командовать войсками или заниматься административной деятельностью, бесталанности в подборе кадров... Да и многом другом. До одного обвинения вроде бы пока не додумался никто: в нарушении слова и верности созническим обязательствам.

Увы, это один из тех нередких случаев, когда качества, которые мы ценим в своих друзьях и коллегах, оказываются вредными для правителей. В основном, конечно, для их подданных - но, в финале, и для них самих.

Не будь этого, не было бы героически-бессмысленного перехода Суворова через Альпы, не легла бы русская гвардия под шрапнелью на поле Аустерлица, не пролились бы реки крови во время кампаний 1813-1814 года. Конечно, не было бы и триумфа русского оружия - вступления в Париж. Для которого гусары Ахтырского полка, носившие некогда ярко-голубые доломаны и ментики, пошили себе мундиры из мешочной дерюги цвета говна - больше им после двухлетней кампании входить в Париж было не в чем. Александр I, кстати, высочайшим указом закрепил этот цвет за Ахтырцами - символично для победителей Бонапарта...

Не было бы, наконец, и Венгерской экспедиции, той самой, после которой Россия получила титул жандарма Европы, на десятилетия определивший ее имидж в глазах так называемой прогрессивной общественности.

Однако вернемся к Первой Германской...

Верность союзническому долгу обязала России к бессмысленным для нее операциям в Пруссии. К тому, что

...ушла в Мазурские болота,
Сохраняя Франции престиж
Русская разутая пехота
Понаслышке знавшая Париж
(с) Борис Алмазов

Что само по себе повлекло море крови - с учетом того, что ни одна из этих операций не была успешной, и не только по субъективным причинам, типа бездарности командующих или предполагаемых измен. Главное же - что ни одна из успешно начинавшихся операций на юго-западе не была доведена до логического завершения: каждый раз не хватало резервов, скованных на севере.

Вообще, ни одна страна не была готова к Первой Мировой - первой тотальной войне массовых армий. Абсолютно все участники ее ошиблись в расчетах потребных людских и материалных ресурсов на порядки. Для России эти ошибки в расчетах были самыми катастрофическими. Почему?

Во-первых, максимально длинная линия фронта - от Балтики до озера Ван, - требовала и максимальной по численности армии. И она была, эта армия - уж чем-чем, а людскими ресурсами Россия тогда не оскудела.

И тут количество перешло в качество: огромная армия требовала адекватного управления. А вот с этим-то и образовался самый напряг. Офицерский корпус нес катастрофические потери с первых же дней войны: это ведь в традициях русской армии - папиросу в зубы, винтовку наперевес и на правый фланг атакующей цепи.

Конечно, и офицерам Русской армии можно предъявить массу претензий - в недостатке образованности, грубости с вверенным личным составом, и так далее. Но они все же были профессионалами в своем деле. И управлять вверенным составом умели.

А на их место приходили прапорщики военного времени - с одной стороны, выслужившиеся унтера, а то и рядовые, не имевшие уж точно никакого образования, с другой - представители пресловутой русской интеллигенции, которые управлять или не умели, или откровенно не хотели. А с учетом того, что массовая армия тоже не горела желанием лить кровь за веру, царя и отечество, полное ее разложение было вопросом времени.

Время это наступило весной 1917-го...

Дальше, думаю, все понятно без слов. Масса вооруженных неуправляемых деморализованных людей не могла не развалить всё и вся. Оставалось только найтись тому, кто заберется на эти развалины и иназовет себя царем горы.

Но это уже другая история. А в заключение этой отвечу на вопрос, заданный в самом начале: почему это произошло именно в России?

Да по тем самым причинам, о которых я уже говорил: армия России была самой большой и наименее управляемой. Потому что ни Германия, ни Франция, ни Австро-Венгрия не позволяли себе столь расточительно обращаться со своим человеческим материалом. Да и во всех своих действиях руководствовались собственными интересами, а не некими представлениями о верности союзникам.

Так что, можно сказать, что династия Романовых пала вследствие собственно мощи и чувства долга.

Символ Горбачевского режима

Спровоцировано обсуждением на http://forum.posix.ru/viewtopic.php?id=670
Для меня символом режима этого... ну не хорошего человека навсегда останется поселок Корф. Кто не знает - это на Камчатке, есть там такой залив Корфа (имени памяти барона, кстати, отсзейского). А в заливе товарища барона - коса песчаная. А на этой косе - поселок построен.

Построили его в войну - как аэродром для промежуточных посадок самолетов, лендлизовские грузы возивших. Так он после войны и остался - административный статус у него, кажется. с 1946-го или 1947-го, я лично знал человека, который был в нем прописан вторым. Ну и люди там жили - на моей памяти, тысяч 20 или 30: порт-пункт, рыбзавод (чуть не крупнейший в области), геологическая экспедиция. На счету которой - месторожедение Аметистовое (там не аметисты добывали, а вовсе даже золото), Олюторское ртутное, ну и платиноиды северной Корякии (это отдельная история, я в ней немного участвовал, когда-нибудь расскажу).

А жили там: чуть ни каждую осень, в октябрьские шторма, несколько домов с мористой стороны на хуй смывало. Благо, народ был дружный - почти всегда помощь вовремя поспевала, без всяких МЧС'ов среди ночи мужики сбегались, все, что могли, делали.

А дома были - барачные двух- или трехэтажки. Это даже не "система коридорная", Вцысоцким воспетая - на все комнаты уборных не было, на улице они были.

И вода - полусоленая. Да еще на аэродроме раз в несколько лет емксоти с какими-нибудь ГСМами разливали. А они никуда не уходили - так эту воду с ГСМами и пили, радужные пятна по ней шли. Иногда, правда, водовзки приезжали из Тиличек - это на континентальной стороне залива, райцентр был, Олюторского района, там Советская власть заседала и памятник Ленину был (а больше ничего там и не было). А иногда - не приезжали, год не приезжали, и два...

Водку, кстати, тоже на той воде корфской делали, разливали в бутылки 0,7 из под болгарского сухого. Режте меня на куски, но клянусь - хуже водки в Союзе не было нигде. Шла она тоже радужными пятнами, как денатурат.

Ну и вообще снабжение - от навигации до навигации. Перед днем рыбака в магазинах подчас ничего вообще не оставалось...

Кстати, и рыбы там в магазине не особо завались - хотя и крупнейший рыбоконсервный завод, да вот только в закрома Родины эта рыба шла, а так - ни-ни. Браконьерили, конечно - но по совести, в меру.

Денег, конечно, платили - коэффициент 1,8, да полярка до 80%. Только вот в столовой экспедиции, профсоюзом дотируемой, обед, чтобы молодому нормальному мужику нажраться, под 3 рубля выходил (в Москве, для сравнения - в полтинник в то время).

Но народ, повторяю, дружный был, веселый, лихой. Можно было среди ночи к кому угодно завалиться, вплоть до высшего руководства экспедиции. Так тебе сначала стакана накатят, под рыбку браконьерскую, или под тушенку ОРСовскую, потом только спросят - за каким хером приперся. Если по делу - скажем, мужики у тебя в тундре, как Зиганщин, сапоги доедают, то поднимут всех, кого надо, и пилоты, не дожидаясь прогноза, винты раскрутят, да и на прогноз хер забьют...

Так вот и жили - что называется, трудно, но интересно. А потом товарисч Горбачев объявился - и указ свой издал, об искоренении пьянства и алкоголизма.

Кстати, на моей памяти он третьим был, этот указ. Первый - о борьбе с пьянством и алкоголизмом, второй - об усилении борьбы с пьянством и алкоголизмом, третий - об искоренении. Если бы советская власть еще чуток продержалась, был бы и четвертый - об усилении искоренения...

Ну и сразу веселья поубавилось. Контейнеры со спиртным, в навигацию завезенные (!), обратно отправлять стали (представляете стоимость процедуры? Адамы Смиты нервно курят в сторонке).

Но остались в главном поселковом магазине замечательные наборы подарочные, из трех предметов: лосьон для бритья "Консул", югославский, хороший, плюшевый мишка полуметрового роста, что третьим было - не помню, кажется, шишколадка. Все это в большом целофановом пакете, перевязанном розовой ленточкой. По цене - в трреть зарплаты молодго специалиста примерно (точно уже не помню).

Разобрали в 6 секунд. И долго еще вся коса была завалена флаконами из-под лосьона, плюшевые мишки кверху пузами плавали по заливу товарища барона Корфа, а розовые ленточки по ветру летали, как тополиный пух...

Вот это и есть для меня символ Горбачевского режима.

О своих и чужих

... надо самому пройти через сумерки морали, чтобы понять наконец, и даже не просто понять, а вплавить в мировоззрение эту, некогда тривиальнейшую мысль: да, существуют на свете носители разума, которые гораздо, значительно хуже тебя, каким бы ты ни был... И вот только тогда ты обретаешь способность делить на чужих и своих...
(с) классики советской фантастики

Следующую заметку я хотел было посвятить обсуждению того, чем же бандюган Рюрик отличался от банды коммунистов. Однако, идя навстречу резонным замечаниям читателей, сначала придется отбратиться к уточнению терминологии. А именно - понятий свои и чужие.

Поначалу это выглядит как чисто булева антитеза. Однако в реальной жизни оказывается, что это - троичная система, включающая, кроме своих и чужих,еще и нейтралов.

Противопоставление своих и чужих, как и следует из эпиграфа, действительно штука тривиальнейшая. И понятна интуитивно, на уровне подкорки. Тем не менее, поскольку среди русской интеллигенции инстинктивные рефлексы древности несколько затерты, рискну повториться.

Свои - это... ну это свои. Те, кто сделает для тебя все, что смогут. И те, для которых ты сделаешь все, на что способен. В рамках поставленной задачи, конечно... но об этом чуть позже.

С чужими все еще проще - это просто чужие. Те, с кем невозможен никакой компромисс. Как он невозможен с надвигающимся стихийным бедствием.

Но между в доску своими или совсем чужими есть прослойка, более или менее толстая. Назовем их нейтралами. Это - те, кому цели твои и задачи пофигу, им от них ни холодно, ни жарко. Но и палки в колеса они специально не вставляют. Нейтралы - это те, с кем можно (и нужно) договариваться, находить взаимные компромиссы, идти им навстречу - и онивполне могут пойти навстречу тебе.

Рассмотрим это на модельном примере - геологическом отряде, выезжающем в поле. По определению, все они - свои. Не то чтобы все они ангелы с крылышками, проникнутые мыслью о благе советской геологии. Нет, каждый из них преследует свобственные цели: кому за казенный счет типа в экзотические места смотаться, кому - рыбку пострелять или зверя половить, кто просто от жены/тещи отдохнуть хочет.

Но: каждый из них четко понимает, что достижение его личной цели зависит от выполнения производственной задачи отряда.И потому для выполнения ее он будет делать все, что может. Зная, что те, кто рядом - поступают также. Это - вечная истина полевиков, и тот, кто ее не постигнет достаточно быстро - вылетит из отряда в считанный отрезок времени.

Подчеркну: не следует идеализировать отношения в полевом отряде. Далеко не всегда сотрудники становятся друзьями на всю жизнь. Как раз это бывает достаточно редко. Чаще -

Мы по любимым разбредемся и по улицам
Оденем фраки и закружимся в судьбе

став таким образом нейтралами. Но следующей весной мы опять соберемся, и опять будем выполнять одну и ту же задачу. Каждый - насколько хватит сил.

Теперь - о чужих. Это - тот, кто пишет анонимки на начальника отряда, обвиняя его в расхищении социалистической собственности в особо крупных размерах.

Это - председатель исполкома некоего удаленного района, полагающий, что основная задача геологово - это трахаться с чукчанками и портить тундру вездеходами.

Это... да мало ли чужих может встретиться на тернистом пути от места зимнего базирования к собственно району полевых работ. Хотя меня и до сих пор удивляет - по настоящему чужих на этом пути встречалось очень мало.

Все остальные принадлежат к числу нейтралов: от чукчи-пропойцы, пастуха совхозного коровьего стада, до последнего инструктора того райкома, где председательствует наш ранее выявленный чужой.

Среди них есть нейтралы дружественные - это полевики-смежники, ГМС'ники, топографы, чукчи-табунщики, сплавщики леса, рыбаки-госпромхозники... да многие, многие другие - не хочу обидеть никого из тех, с кем мне приходилось пересекаться на горах и тундрах.

Им твоя работа глубоко пофигу. И ты для них - человек абсолютно посторонний. Но они всегда помогут - просто из классовой солидарности тундровиков. Не всем, чем смогут, как совсем свои, - но всем, чем смогут без большого ущерба для себя. Да и ты никогда не откажешь им в помощи... по той же самой причине, и в тех же самых рамках. То есть это - потенциально свои. И совсем своими они не являются, потому что дела у вас (в данный момент) разные.

И есть нейтралы нейтральные - этих надо уговаривать, убеждать тем или иным способом. Но и они не вправе рассчитывать на иное отношение с твоей стороны. Тут уже идет счет - баш на баш. Ну, это уже как везде...

Так вот, коммунисты (или, наверное, правильней будет сказать - большевики, потому что среди формальных членов КПСС настоящих большевиков было подавляющее меньшинство) отличаются от всех прочих представителей Homo Sapiens, что своих для них не существует. По определению: каждый настоящий коммунист... пардон, большевик, преследует одну цель - занять более высокий пост в своей большевицкой табели о рангах. Но ведь и его ближайший соратник - то есть, казалось бы, свой, - преследует ту же цель (иначе он не был бы на этом месте). И, значит, автоматически оказывается чужим...

Более того, у истинного большевика нет и нейтралов: кто не с нами (то есть не является злейшим другом, он же лучший враг) - тот против нас. С ними можно временно договариваться - но большевик всегда помнит, что его, большевика , цели (достижение следующей стадии вождизма) нейтралам глубоко по хую. И потому все нейтралы для него деляться на две части: тех, кто ему бесполезен - и кого надо расстрелять немедленно, и тех, кто еще может принести сейчас пользу - и кого поэтому пока расстреливать не нужно.

Квинтэссенцией большевизма, олицентворением образа вождя был, как и учила нас годами советская пропаганда, Владимир Ильич Ленин. Для которого чужими были все - от последнего крестьянина до ближайшего соратника. Найдите мне в ППС имя хоть одного его соратника, коего добрейший дедушка Ленин не обругал бы словами, которых постыдится портовый грузчик.

И за какие в портовом кабаке набили бы морду - а они, соратники, морду вождю не били, а только утирались. Ибо были такими же вождиками, вожделевшими очередного места.

Это я не к тому, что товарища Ленина нужно выкинуть из мавзолея, а сам мавзолей сравнять с землей. Нет уж, пусть лежит, где лежит. Он это заслужил. Заслужил, чтобы жкскурсоводы грядущих веков тыкали в него указками и говорили:

- Перед этим, дамы и господа, мы видели мумию Рамзеса II, который 20 лет воевал с хеттами, а потом соврал грандиозную поэму о том, как лично героически победил их в битве при Кадеше. А теперь мы видим мумию Ленина - 1-го, и хвала всем богам, в которые верит человечество, последнего настоящего большевика...

Потому что товарищ Сталин настоящим большевиком уже не был. Слаб был человек, дрогнул, начал собирать команду своих - в меру своего большевитского прошлого. Почему, кстати, и перемочил всех истинных ленинцев. Но это уже совсем другая история.

О коммунистах, фашистах и природе власти на Руси. Часть 1

Все началось с обсуждения двух тем на POSIX.ru – сначала по поводу 1-го мая, потом от нее отпочковалась тема о коммунистах и фашистах. Настоящая заметка – нечто вроде обобщенного ответа на наличествующие там посты. Ну и – изложение моей собственно позиции. Каковую и даю в качестве вводной установки, хотя излагал ее неоднократно – «и устно, и письменно». Не буду рвать на себе тельняшку, «утверждая, что все это истина». Но мне представляется более чем тривиальным.

Итак, в тезисной форме...

Идеология фашизма и национал-социализма (заметим в скобках, что фашизм и национал-социализм – вещи немного разные, и сами они себя друг от друга отличали достаточно четко) проста, примитивна и понятна: мочи чужих, чтобы своим стало лучше. И существует она испокон веков - со времен, как минимум, со времен стада австралопитеков в Восточно-Африканских саваннах.

Обсуждать вопрос о том, насколько мочение чужих способствует повышению жизненного уровня своих, пока не будем.

Но принцип действия ясен – увы, и каждому из нас в критических обстоятельствах приходилось ему следовать. Кому не приходилось - пусть благодарит Бога.
То есть – это обычный алгоритм поведения варварской общины. Любителям видеть здесь учение о расовом превосходстве одних людей над другими напомню: самоназвание эскимосов – иннуит (не совсем так, но примерно, с вариациями в зависимости от диалекта), самоназвание индейцев-атапасков – денне. И то, и другое переводится просто – люди. То есть тут нет речи о превосходстве одних людей над другим, все, кто кто не иннуиты, и не денне – это не люди (возможно, что даже нЕлюди).

Что в итоге приводит к экономической базе нацисткой идеологии: грабеж соседей. То есть, как говаривал старый коммунист-ариец Фриц Энгельс, «война как способ производства».

А вот коммунисты - изобретатели принципиально новой идеологии: мочи всех, чтобы нам было лучше. И экономическая база коммунизма - грабеж своих: ни одна немецко-фашисткая сволочь не додумалась до коллективизации.

И, ребята, можете считать меня нацистом, трижды неонацистом и четырежды палеонацистом, но грабеж чужих я могу понять и в некоторых случаях принять. А вот грабеж своих - это впадлу хуже некуда.

Тут я получаю резонное возражение: не коммунистов, а России. Позволю себе процитировать его полностью:

Оно конечно - ради победы в войне коммунисты уморили столько-то человек. Но эта фраза сама по себе неверна. Правильно написать так: ради победы в войне, опиравшаяся на коммунистическую идеологию власть, уморила столько-то человек. То есть, мы имеем не одну сущность, а две: власть и идеологию. И тут возможен вариант, когда власть уморила бы еще больше, но ей идеология не позволила.
© hymnazix

Разберем по пунктам. Доля истины в этом возражении есть. Власть на Руси со времен призвания варягов всегда ощущала себя в ней чужеродным компонентом - и аналогично воспринималась населением.

Хотя обвинять в этом только власть было бы неправильно. Ведь чужого Рюрика-то призвали именно потому, что складу промеж своими не было: пусть лучше совсем чужой будет у власти, чем мой сосед. Отсюда и повелась традиция – не выдвигать князей из своих рядов, а призывать, типа как наемных менеджеров. Впрочем, это тема другого разговора.
А в рамках сегодняшнего важно одно – пока существовали эффективные механизмы контроля над «наемными князьями-менеджерами», - типа увольнения со службы и строгого выговора с занесением на могильный курган, - князья вели себя прилично.

Как только средства контроля исчезли (во время т. н. татаро-монгольского нашествие) - ребята, дорвавшись до власти, стали оттягиваться по полной программе. Впрочем, они-то и устроили татаро-монгольское нашествие – но и об этом пока говорить неуместно.

Ну а более чем полтора века правления так называемого дома Романовых – выходцев из мелких северо-германских княжеств, - единению власти и народа никак не способствовали.

Так что, казалось бы, интернациональная клика большевиков просто продолжила добрую традицию ограбления страны, начатую столь же интернациональной кликой товарища Рюрика и сопутствующей ему руси (наиболее обоснованная этимология этого слова – от скандинавского термина, означающего «гребля» или, более конкретно, «военный поход на гребных судах», короче – команда пиратского судна).

Так ли это? Посмотрим в следующей серии.